Флаг — полотнище правильной геометрической
(как правило,
прямоугольной) формы, поднимаемое
на специальной мачте
(флагштоке). Изучением
флагов занимается вексиллология.
Государственный
флаг является одним из государственных
символов.
Кроме государственного, многие государства имеют
военно-морской и торговый (коммерческий) флаги.
Россия переживает эпоху геральдического ренессанса. Гербовладельцы-2006 — отставные военные, чиновники с перспективами карьерного роста, бизнесмены с патриархальными взглядами.
Анкеты будущих армигеров — гербовладельцев — для главного художника Русской геральдической коллегии Валерия Лысенко как криптограммы для персонажей «Кода Да Винчи». За два месяца он должен переложить на язык символов биографию, характер и желания клиента, испытывающего дискомфорт от отсутствия короны, щита на камине и флага, поднимаемого прислугой над загородным коттеджем в честь приезда хозяина. Прежде чем закодировать личную историю заказчика, Лысенко изучает его ответы в разделе «Главное событие Вашей жизни и девиз». Для заводчиков борзых, семейной пары из Челябинска, важно, чтобы осенью ощенилась элитная сука. Голландец Рикард Холберг, потомок старинного рода, и его русская жена, мать шестерых детей, нацелены на «увеличение населения». Предприниматель из Дагестана с порога предлагает художнику «чемодан денег за орла в папахе и с кинжалом». Прочитав коммерсанту лекцию о не знакомых с джигитовкой гербовых птицах, Лысенко лишается выгодного заказа.
Собирательный портрет российского армигера — благополучный семьянин, обеспеченный мужчина 35—50 лет. «Обычно герб для бизнесмена в возрасте чуть за сорок на Урале, Дальнем Востоке, в Москве — дорогая игрушка, покупаемая для самоудовлетворения», — наблюдение Александра Вершинина, владельца сайта о личной геральдике Blazon Stone. Современные кандидаты в армигеры заказывают фамильную символику в частных фирмах или коллегиях за $1000—1500. До 1917 года «Общий гербовник дворянских родов Всероссийской империи» содержал около 6000 гербов. Количество гербовладельцев современной России определяется не их заслугами перед отчизной, но кошельками и романтизмом, а старинным искусством движет интернет и любовь подчиненных к начальству (герб — модный подарок).
В 2003 году отечественная геральдика получила знак одобрения свыше: из президентского указа «О мерах по развитию местного самоуправления в Российской Федерации» мэры и губернаторы усвоили, что селам, округам, городам пора иметь свой облик, и принялись рисовать на территориальных гербах букву «Х» в Ховрине или куриц с пятью яйцами в Осееве Щелковского района.
«Гербы — многослойная система кодирования, — углубляется в семейные летописи председатель Сибирской геральдической коллегии Алексей Журавков. — Предки закладывают в них информацию для потомков, и через пару веков наследники, читая семантические листы, чувствуют себя кладоискателями».
Композитору Андрею Эшпаю и чиновнику из чувашского села Мариинский Посад Алексею Шумову фамильные символы вручались с равными почестями. «Земляки долго доказывали, что я достоин быть гербовладельцем, но не убедили, — смущается Эшпай. — Не думаю, что Рахманинов и Чайковский были армигерами. Безусловно, любая награда приятна творческому человеку, но все равно герб воспринимается мною как некий фантом, существующий независимо от владельца».
Шумов обзавелся личным гербом после избрания на должность главы района. На церемонии «инаугурации» подчиненные объяснили бывшему чувашскому строителю, что фигура льва и расцветка цивильского дуба на родовом геральдическом знаке — параллель между великими семействами: его, Алексея Шумова, и царя Александра II, в честь супруги которого в 1856 году названо село.
К 2005 году в Москве открылось около 20 фирм, снабжающих заказчиков личной и корпоративной символикой. Среди первых клиентов столичных геральдистов был банковский служащий Горанков из Оханска Пермской области, отдавший солидную сумму за герб своего отца, Николая Николаевича.
Папа парня, 50-летний провинциальный чиновник с образованием биолога, потомок рабочих Горанковых, — единственный гербовладелец в городе с восьмитысячным населением. Черты патриарха, основателя рода Николай Николаевич разглядел в себе не сразу — привыкал к изображению опрокинутого лазуревого острия и золотых лапчатых крестов три года.
Магистр геральдических наук, художник Валерий Лысенко на прошлой неделе закончил работу над 152-м или 154-м гербом — точного количества мастер не помнит. Работа над одним символом занимает от 2 до 6 месяцев. Очередной заказчик — прокурор военного гарнизона. Показывая карандашом на кодовые обозначения, Лысенко пересказывает историю прокурорского рода и добавляет: «Миром правят знаки и символы, но не слово и закон. В сущности, что такое герб? Защита имени, профессии, семьи и детей. А куда они прикрепят его изображение: на бутылку водки, бумагу для переписки или стаканы — второстепенные детали».
Русская геральдическая коллегия сделала армигерами президента Чечни Алу Алханова, лидера украинской Партии регионов Виктора Януковича, артистов Геннадия Хазанова и Иосифа Кобзона, несколько сотен предпринимателей, военнослужащих, чиновников. По свидетельству Лысенко, личная символика в нашей стране приличнее, чем территориальная. «Вы герб Республики Саха видели? Всадника на коне с опущенным хвостом? — Художник ищет нужную страницу в геральдическом сборнике. — Его не в книгу — в комиксы надо! Жидкий стул у лошади. Или возьмите гербы России, Москвы. Абсолютно безграмотные: безоружный орел — не выделены когти, клюв, незащищенный конь без половой принадлежности. Обидно, что Украина, Молдавия имеют полноценные государственные гербы, а Россия нет».
Летом Русская геральдическая коллегия издала очередной матрикул — сборник гербов с перечислением 4000 территориальных и более 1000 личных символов. Раньше на регистрацию в санкт-петербургский офис Геральдического совета при президенте Российской Федерации поступало по 350 эскизов в год, за пять месяцев 2006-го, по свидетельству ответственного секретаря службы Глеба Калашникова, регионы уже прислали 600 заявок. Третий год единственная государственная геральдическая организация России — Президентский совет — принимает на экспертизу, помимо административных, гражданские гербы, но не ведет их учета. В несословном обществе титулы не жалуются, и личная геральдика не имеет законодательства, определяющего формы и правила ее существования. Нелепая ситуация: фамильная символика в стране есть — коллегии, зарегистрированные Минюстом, частные фирмы без передышки выполняют заказы армигеров, — и одновременно ее нет, поскольку отсутствует юридический статус.
Новосибирские геральдисты, не дожидаясь указов из Москвы, реанимировали дореволюционную «Табель о рангах» и с прошлой весны сами раздают гербы: академикам, чиновникам за трудовые успехи, владельцам «родовых имений» — особняков площадью не менее 1000 квадратных метров — за отдельную плату. «Мы составили список современных чинов, достойных получения фамильного символа», — гордится Алексей Журавков, председатель Сибирской геральдической коллегии. В элитный перечень включили губернаторов с заместителями, генералов и университетских ректоров. За Уралом и на Дальнем Востоке армигеры защищают эскизы гербов как произведение искусства и считают, что государство должно вмешиваться в гражданскую символику — закреплять каждый фамильный герб правительственным постановлением.
«Как это? Придется просить Фрадкова о регистрации моего личного знака?» — не понимает предложения сибиряков предприниматель из Нижегородской области Игорь Клейменов, владелец трех строительных магазинов. В верхней части его личного герба — собака, застрявшая между рогами неопознанного животного, в нижней — девиз «Прорвемся». Игорь читает символы как гадальные карты: «Пес — про преданность друзьям. Рога — к умению переносить неприятности». Герб Клейменова висит над телевизором в гостиной. Геральдический знак для Игоря — память о военной службе в Германии, юношеском увлечении историей и деталь обстановки, которой пока нет у приятелей.
Идея пересчитать российских армигеров, визировать гербы с девизами: «Умру, не изменю», «Знай меру», «Подкованный конь уверенней идет», «Когда поют деньги, музы молчат» (приводим образцы реальных работ Русской геральдической коллегии и общества Blazon Stone) с помощью премьер-министра — любопытная инициатива, однако в ближайшие годы личная геральдика и правительство не породнятся. Рекомендация не кажется разумной Геральдическому совету при президенте России. Служба, созданная Борисом Ельциным в июне 1999 года и отвечающая за государственную, территориальную символику, относит личные гербы к вопросам самовыражения граждан. «На уровне законодательства нелепо вмешиваться в хобби или давать рекомендации бизнесмену, желающему иметь, помимо дорогих часов, семейный герб», — возражает сибирякам Глеб Калашников, ответственный секретарь совета.
Геральдический центр «Держава» открылся в Москве в 2002 году. Клиентура — частные лица, фирмы, министерства сельского хозяйства и здравоохранения, Ростехнадзор, судебный департамент при Верховном суде России. Семьи заказывают личные гербы, компании заполняют анкеты для получения корпоративного знака. Директор «Державы» Елена Козина удивлена, что с каждым годом коммерческие и государственные организации сильнее тоскуют по советскому прошлому с соревнованиями и медалями, а люди — по крепким семьям. Вспоминая заказчиков, Козина откровенничает: прежде к ним обращались президенты фирм, торгующих орехами или медикаментами, владельцы региональных предприятий с просьбами сделать флаг с фамильным символом: «Хочу как в путинской резиденции: хозяин в особняке — стяг на крыше, уезжаю — полотнище убирают». Другие армигеры — из дворян поколения Next — требовали сделать герб в стиле барроко, раскрасив щит всеми цветами радуги вопреки «четырехцветным» нормам геральдики. Оказывается, в 2004—2006 годах глава Российского императорского дома великая княгиня Мария Владимировна успела наградить около 60 генералов нашего несословного государства орденом Святого Николая Чудотворца: первая степень возводит обладателя в потомственное дворянство, вторая — в личное. Между собой геральдисты называют великокняжеских избранников «тем, чего не может быть», но охотно создают для них гербы.
Специалисты уподобляют армигеров-2006 коллекционерам бабочек: без признания личной геральдики на государственном уровне их гербы — не что иное, как дорогие, но бесполезные фантики. Александр Куров, создатель сайта «Экскурс в геральдику», советует россиянам изучить опыт Германии, где правовую защиту герба гарантирует двенадцатый параграф Гражданского кодекса. Герб можно нотариально оформить в качестве атрибута имени, запретив использовать его без согласия владельца.
У нас имя, фамилия — обычные слова, а геральдика — беспрепятственный сбор «гербария» в условиях естественного отбора. Свежий фамильный герб предпринимателя Виктора Широкова тоже про естественный отбор: на щите, в черном поле, изображены серебряная человеческая голова, две свечи и стертая пасть волка. Серебряно-лазуревое великолепие увенчано девизом Bestiae Ad Hominem («от зверя к человеку»).
Бело-красно-белый
Флаг
Флаг
Флаг
Флаги
Кленовый
Пиратские
Радужный
РЦФГ
Серп и молот
Светящийся флаг ЕС появится на Эйфелевой башне 30 июня
На Дворцовой набережной украли два флага России
Вы думаете, что флаг - это полотнище цветов?
